Предсказание

Монах и ритуал  |  Мёртвые крылья  |  Трусливый архангел  |  Мысль, рождённая в бездне  |  Развлекательное убийство  |  Видение в пустыне  |  Взгляд сквозь туман  |  Пробуждение Господне  |  Тени титанов  |  Рассвет богов  |  Избранный, Избирающий и Толпа  |  Прерванные души  |  Его жизнь  |  Шёлковые змеи - феномен Предрешённости  |  Недремлющий сторож или искусство приручать  |  Терновый нимб  |  Предсказание  |  Финей и гарпии  |  Страж православного рабства  |  Мечты о Звезде утреннего неба  |  Духи больших городов  |  Ожившие законы умершего бога  |  Обречённый  |  Своды Рабства. Видение  |  Вечный Жид, притча об избравшем Жизнь  |  Парад шутов  |  Последнее откровение Бога  |  Православие без Бога и царство Бога-Дьявола  |  Империя Быстрых Шагов и Страна Оптимизма  |  Чудовища мифов и чудовища мира  |  Спящая месть и недремлющий бес  |  Художник и бесы  |  Агнец в городе волков  |  Быль о гуслях Ящера  |  Осквернённое пение птиц  |  Благая весть о бедах  |  Битвы с прахом  |  В капкане Жизни. Рассуждения  |  Беседа с Тенью. Рассуждения  |  Человек и люди  |  Равенство, Братство и Рабство  |  Храмы Жизни и храмы-могилы  |  Крылья Мастера  |  В ожиданье Пустоты  |  Рассказ о золоте рабства  |  Чёрная песня для конунга

Утреннее солнце поднялось над царским дворцом и, поранившись о венчавший дворец
золотой шпиль, забрызгало своей огненной кровью бледный лик ещё не проснувшегося
небосвода. Великий царь уже восседал на своём позолоченном троне и ожидал
мудреца, призванного им из дальних краёв. И, когда кровь солнца впиталась в
небесный лик, наполнив его жизнью и согнав серый туман сна, в покои государя
вошёл стражник, сообщивший, что мудрец прибыл и ожидает у входа. Великий царь
повелел, чтобы мудрец вошёл.
- Приветствую тебя, почтенный – сказал царь в
ответ на поклон мудреца. – Я хочу услышать от тебя совет, ибо меня не перестают
мучить сомнения.
- Я слушаю тебя, государь – ответил мудрец.
- Странный и тревожный сон приснился мне. Мне снилось, что я стою посреди каких-то развалин,
отдалённо напоминавших мой дворец, и вижу, как мимо меня бредут, печально
опустив головы, все наши боги и богини. Все они горько и безутешно плакали, а их
головы были покрыты траурным пеплом. В ужасе я вопросил их, в чём причина столь
безграничного горя. На это боги ответили мне нечто не совсем ясное.
- Мы изгнаны из людских душ – отвечали они. – И забвение стало нашим уделом. Отныне
человеческие души заперты на замок, выкованный их жалким тщеславием. Мы стали
нелепыми сказками, над которыми теперь смеются даже дети, ибо даже дети теперь
способны видеть лишь то, что копошится у них под ногами. Сказания о нас и об
избранных нами мертвы, им уже не суждено воскреснуть. Нас заменили другим богом,
тем, который больше нас подходит для мира, лишённого всего, кроме той засохшей
грязи, которую люди считают единственной своей реальностью. Мы более не можем
вдохновлять поэтов, и их творения ползают теперь в дорожной пыли, не имея
крыльев, чтобы взлететь и только изредка подпрыгивая, словно искалеченные
кузнечики. Люди не верят в нас и в героев древности. Люди не верят и в чудовищ –
они поняли, что чудовища – они сами и потому им смешны те существа из далёких
мифов, что пугали их когда-то одним своим именем. Но те чудовища были столь - же
велики, как и мы, боги, их побеждавшие. Их уродство было столь же прекрасно, как
наша красота. А уродство чудовищ, увиденных людьми друг в друге безгранично и
безысходно в своём убожестве. Теперь ничтожнейшие из них безраздельно властвуют
над величайшими, а те лишены всякой надежды, ибо мы мертвы и для них, а в
мрачного божка, сменившего нас, верить ещё противней, чем в ту пустоту, которая
действительно стала единственной реальностью.
Я слушал их в ужасе и пытался понять смысл этих жутких предсказаний.
Потом я оказался на неком возвышении,
откуда открывался вид на просторную равнину, по которой двигалось очень странное
воинство. Впереди его ехала на колеснице сгорбленная и морщинистая старуха с
железной палицей в руке. Четыре огромные гиены с горящими глазами были запряжены
в её колесницу, а возничим был человек с лицом, подобным птичьему черепу, одетый
в какое-то чёрное одеяние с капюшоном. На его груди висел большой серебряный
крест, на котором был распят скелет из золота. Рядом ехала другая колесница, в
которой стоял высокий и красивый юноша с жестоким смуглым лицом и густыми
чёрными кудрями. Он был одет в позолоченные доспехи, украшенные драгоценными
камнями, а его колесницей управляла юная девушка в белом платье и золотом венце.
Следом же за колесницами шли бесчисленный стада существ, которые, будучи с виду
обычными людьми, казались мне (не могу объяснить, почему именно) страшными и
неживыми. Навстречу им вышло маленькое войско, в котором все были одеты в чёрное
и несли над головами красные знамёна с чёрным драконом. Не знаю почему, но я
сразу - же принял их сторону и пожелал им победы. Однако силы были неравны и,
вскоре, всё их воинство было уничтожено. Спасся только один. Я видел со своего
возвышения, как он незамеченным убежал с поля боя. Тогда я решил спуститься и
найти его прежде вражеских воинов. Вскоре, я его нашёл: он выбежал мне навстречу
и молил спасти от пяти солдат, гнавшихся за ним. Меня особенно поразило, что,
когда я увидел его вблизи, он оказался почти в два раза ниже меня, хоть среди
своих соратников, наоборот, отличался высотой. Воины, преследовавшие его, были
выше и сильнее, но, в сравнении со мной, смотрелись так - же жалко, как и он.
Поэтому их угрозы ничуть меня не напугали – для меня это была всего лишь
бессильная ярость немощных карликов. Я вынул свой меч из ножен и, от одного
моего удара, в который я вложил ничтожнейшую часть своей силы, четверо из них
пали, а пятый в ужасе бежал. Спасённый беглец благодарил меня и просил
присоединиться к ним.
- Нам не хватает таких воинов, как ты – сказал он мне.
– В нашем народе они нужны более чем где бы то ни было. Мы живём с закрытыми
глазами и боимся их открыть, наши головы так долго были склонены, что мы
разучились ходить прямо, правда пугает нас больше, чем смертный приговор!
- Но мне трудно разобраться в ваших бедах – ответил я. – Долгие годы уйдут на то,
чтобы я смог постигнуть их причины.
- О нет! – воскликнул беглец. – Не говори
так!!! Ведь именно так говорят у нас трусы, прячущие своё лицо в дыму
бессмысленных речей! Долгие десятилетия ушли у нас на постижение этих причин, но
это не помогло нам в борьбе. Ты кажешься мне великим именно потому, что не
измышляешь, а действуешь.
- Что ж, может быть, я помогу вам... – ответил я. –
Но вначале я хочу узнать о вашей войне больше, чем ты уже сказал.
Пока мы говорили, кто-то из вражеских воинов выследил нас и, через несколько мгновений,
мы были уже окружены. Я схватился за меч и приготовился погибнуть, как воин, но
в этот момент видение исчезло, и я проснулся.
Итак, я хочу знать, почтенный, что означают мои видения.
- Их смысл ускользает от меня – сказал, после
долгого молчания, мудрец. – Не жди от меня более явных предсказаний, чем те, что
увидел во сне. Будущее неясно и расплывчато в моих глазах. Я знаю одно – оно
ужасно и лучше нам его никогда не узнать!

ноябрь 2007

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS